Удержи мечту [= Белый танец ] - Нора Робертс

Здесь было все: свидетельские показания, обвинения, состав преступления… Чтение бумаг уничтожило последнюю, еще теплившуюся в глубине души надежду, что произошла какая-то чудовищная ошибка и ее отец не виноват.

Увы. Кейт узнала, что отец был выпущен под залог и по совету адвоката намеревался признать свою вину в надежде получить снисхождение. Но как раз в этот момент произошла автомобильная катастрофа. Если бы Линкольн Пауэлл не погиб в тот вечер, не справившись с управлением на скользкой дороге, он уже через неделю сидел бы в тюрьме!

«Надо принять этот факт к сведению и продолжать жить дальше», – говорила она себе, отхлебывая горячий черный кофе. Пора идти вниз, приниматься за работу и спокойно смотреть в глаза подругам.

Правда, они за столько лет так хорошо изучили ее лицо, что тотчас же заметят на нем следы усталости и нервного потрясения.

«Что ж, мало ли какие бывают причины для бессонной ночи! – сказала себе Кейт, спускаясь по лестнице с чашкой в руке. – И нечего сходить с ума, если все равно ничего уже не изменишь».

– Что происходит?! – напустилась на нее Марго, не дожидаясь, пока Кейт спустится с лестницы. – Немедленно отвечай! Ты последнее время просто не в себе. Ты на глазах таешь, Кейт!

– Я в порядке. Просто немного устала, – Кейт пожала плечами и, открыв кассу, принялась пересчитывать купюры. – Возникли кое-какие проблемы со счетами. Да и вообще неделька выдалась довольно паршивая. А в понедельник еще этот подонок Торнхилл заявился ко мне в кабинет.

Марго замерла с чайником в руке.

– Надеюсь, ты снова послала его ко всем чертям?

– Пусть считает, что мы помирились. Так проще, – ответила Кейт и добавила, прежде чем Марго успела возразить: – Теперь он наконец оставит меня в покое.

– Но не хочешь же ты сказать, что не спала из-за этого ночь?

– Ну, скажем, я пережила несколько неприятных моментов. О'кей?

– Ладно, – улыбнулась Марго. – Мужики вообще, как известно, свиньи, а этот хряк – из худших. Он не стоит того, чтобы из-за него не спать и тем самым терять остатки своей красоты, дорогая.

– Спасибо, ты всегда умеешь сказать приятное. Но Роджер – еще не самая худшая пакость из череды свалившихся на меня пакостей.

– Что, тяжелы будни бухгалтера?

– Не говори! В среду на меня навесили новые счета – на сей раз компании «Фриленд». Это что-то вроде зоопарка для домашних животных, детского парка и музея одновременно. Крайне странное заведение! Зато теперь я досконально знаю, сколько стоит дневное пропитание детеныша ламы.

Марго покачала головой.

– Какую интересную жизнь ты ведешь!

– Да уж… А вчера партнеры фирмы устроили заседание за закрытыми дверями. Полдня просидели. Даже секретарш не пускали. Никто не знает, в чем дело, но ходят слухи, что кого-то не то выгонят, не то, наоборот, повысят. – Кейт пожала плечами и задвинула кассу. – Никогда еще не видела такой секретности! Сами себе кофе варили, представляешь?

– Кажется, это называется «прессе доступ закрыт».

– Как видишь, в моем маленьком мирке не меньше интриг и драм, чем в твоем.

Неожиданно Марго с решительным видом приблизилась к ней.

– Что такое? – удивилась Кейт.

– Сиди спокойно! – Марго прицепила ей на лацкан лунообразную янтарную брошку. – Будешь рекламировать товар.

– Да там же мертвая муха!

Марго оставила это дурацкое замечание без ответа.

– И не забудь накрасить губы. Через десять минут мы открываемся.

– У меня нет с собой помады. И заруби себе на носу: я не стану сидеть здесь целый день, если ты будешь меня доставать! Я прекрасно могу продавать, выбивать чеки и заворачивать покупки, не размалевывая себе лицо.

– Ладно-ладно, – прежде чем Кейт успела возразить, Марго прыснула на нее духами. – Ты же знаешь: реклама – двигатель торговли. Если спросят, чем это от тебя так волшебно пахнет, запомни – «Белладонна-Саваж».

Кейт хотела огрызнуться, но тут вошла Лора.

– Уф, боялась, что опоздаю. У Али возникли проблемы с прической, и я думала, что мы просто поубиваем друг друга.

– Она становится очень похожей на Марго. – Кейт налила себе чаю и пожалела, что это не кофе; отвернувшись от подруг, она тайком проглотила пригоршню таблеток. – И хорошего в этом мало! – добавила она.

– Ничего ужасного не вижу. Девочка подрастает и начинает интересоваться своей внешностью, – парировала Марго. – Ты одна у нас в семье такая чудачка. Какой была, такой и осталась. Посмотри на себя – какая-то ощипанная ворона в голубом костюмчике!

Кейт ничуть не обиделась и отпила чаю.

– Это классический деловой костюм, очень практичный. Весьма незначительный – и, боюсь, не лучший – процент населения нашей страны считает, что ходить можно исключительно в шелках.

– Грубиянка! – фыркнула Марго. – С тобой спорить бесполезно.

– Ну и слава Богу. – Лора перевернула на двери табличку, чтобы все видели – магазин открыт. – Споры мне дома надоели. Если бы не вмешалась Энни, мы с Алисой расшвыряли бы гребни и расчески по всей комнате.

– Да, мама всегда умела пресечь любую ссору в самом зародыше, – сказала Марго. – Но с воспоминаниями, пожалуй, подождем до Дня Матери. Кстати, не забудьте, что я тоже скоро стану матерью. Так что готовьте подарки!

Через час в магазине было столько клиентов, что работы хватало с избытком на всех троих. Кейт завернула темно-зеленую сумочку от «Эрмес», изумляясь про себя, что такой дикий цвет кому-то подошел. Кредитные карточки так и скользили через ее аппарат. По выручке они с Марго шли вровень»

«А все-таки приятно смотреть, когда бизнес идет так хорошо, – подумала Кейт, упаковывая в нарядную цветную бумагу серебряную шкатулку с инкрустацией. – Молодец Марго! Ведь „Претензия“ – это ее мечта, которую она сотворила из обломков собственной жизни».

Еще год назад Марго была супермоделью, звездой парфюмерной фирмы «Белладонна», блиставшей в Европе, получавшей огромные гонорары. Но внезапно ее карьера прервалась – бесславно, со скандалом; дело едва не дошло до судебного разбирательства. Конечно, Марго сама виновата: вела себя безрассудно, глупо, упрямо. Но расплата была слишком уж тяжкой – она лишилась всего.

Из Милана Марго вернулась сломленной и почти разоренной, но через несколько месяцев буквально восстала из пепла.

Сначала Марго хотела просто распродать свои вещи, но Джошу Темплтону пришла в голову идея открыть магазин. Он рассчитывал, что тем самым спасет Марго от депрессии, ведь он так любил ее. А она вцепилась в его идею, развернула ее, придала ей блеск.

Лора, тогда переживала трудные времена: она разводилась с мужем и отдала большую часть денег, которые ей удалось сохранить, Марго, чтобы та смогла открыть «Претензию».